В этой статье, я хочу рассказать вам о прошлом, о событиях Второй мировой войны. Я хочу вам рассказать про мечты которые не до мечтали, про любовь которая не до любила, про недопетые песни, про детей которые не родились, про расстрелянную старость и убитых матерей… О моей маленькой Родине, которая пролила так много слёз и вынесла так много боли, в годы войны. Канюкай — это небольшая деревушка, подавляющее большинство людей которой поляки, она находится на южной окраине Литвы, небольшой гордой страны, в нескольких километрах от небольшого городка Шальчининкай.
Деревня которая покорит любого человека в ней побывавшего, она притянет гостя многоцветной игрой красок перед восходом солнца, запахами настоянными на травах лугов и лесов, заворожит сиянием месяца и его игрой от тоски одиночества, небом с разноцветными блестящими гирляндами звезд, cпокойствием жаркого дня, когда в томительной неподвижности замирает всё живое: кошка в не настоящей тени, у жаркой кирпичной стены, божьи коровки, курица в выкопанной в земле ямке. И в этот миг кажется, что нам сам Бог подсказывает прикрыть глаза и замереть в забытьи на какое то время, чтобы не мешать вершиться триумфу природы, под красивыми голубыми небесами. Но вот, где то заиграла музыка, зазвенели голоса детей, со дворов потянуло дымком ароматного шашлыка, где то рядом потрескивает костерок. И вдруг, закрученная в пружину жизнь очень быстро, как ураган, уносится прочь, к другим целям и соблазнам, чтобы очень быстро исчезнуть вдали, как мираж…
В наше время в деревне осталось не очень много людей, которые проживают здесь всегда, кто — то в поисках счастья и лучшей жизни уехал в город, кто то на заработки за границу, но летом все приезжают в деревню, у которой есть всё необходимое человеку для того, чтобы отдохнуть от суетливой шумной городской жизни – тишина, лес с его чистым воздухом и очаровательным пением птиц, речка с её спокойным и красивым течением. Сейчас мы с вами всё куда то спешим, спешим пытаясь, куда то успеть, спешим и не успеваем и не получаем от этой гонки никакого удовлетворения… До войны деревня была весёлой и большой, в каждой семье росло помногу детей. Все люди конечно же разные, но всех объединяла любовь к своей маленькой родине, своей земле, на которой они рождались и умирали. Люди очень много и тяжело работали ради своих детей, чтобы им жилось лучше, после работы вечерами собирались у кого то дома, на танцы, веселились и отдыхали, а утром снова шли обрабатывать свою родную землю и были счастливы. И вот в этих красивых и гостеприимных местах, в годы Второй Мировой Войны произошла очень большая трагедия, на долгие годы заполнившая сердца людей страхом и болью…
В 1939г. д. Канюкай была большой деревней, в ней в 82 домах проживало больше 300 жителей, большая часть жителей проживала на хуторах. Наша деревушка расположена на окраине Руднинкской пущи, которая в годы войны была главной базой Советских партизан, там было сборище поддонков всех вероисповеданий и национальностей, кто- то спрятался в лесу от войны, кто — то от тюрьмы, кто — то был сранным коммунистом или комсомольцем и дрожа от страха убежал в лес от немцев. В соответствии с различными историческими источниками, в лесу находились от нескольких сотен, до нескольких тысяч, так называемых «партизан». Всем понятно, что такая большая толпа народа должна каждый день питаться, одеваться, обуваться. И всё это, эти вояки, отбирали у местного населения. Хотя во время войны, эти маленькие деревушки окружающие Руднинкскую пущу, были и так очень бедны. По рассказам моей бабушки Воронис Станиславы, которой сейчас 91 год, эти горе партизаны приходили и в нашу деревню — воровали то скот, то зерно, они даже не просили, а брали, как своё и тихо, чтобы ненароком не встретить немцев, которых они очень боялись, уходили в лес. Мой дедушка Воронис Владислав собрал деревню и на сходе всей деревни, решили устроить дежурство, чтобы прекратить грабежи. В одну из ночей они поймали одного партизана и намяв ему бока предупредили, чтобы в в эту деревню они забыли дорогу. За то, что жители деревни Канюкай решили не отдавать свой так тяжело заработанный хлеб партизанам, руководство Советских партизан решило наказать деревню — смертью…
29 января 1944 ранним утром 300 до зубов вооружённых Советских партизан окружили со всех сторон деревню. Люди не знали, что перед восходом солнца их ждет смерть и издевательство от рук подонков. Партизанские отряды с такими высокими названиями, как Смерть оккупантам», «Смерть фашизму», «Мститель» напали на спящую и беззащитную деревню Канюкай и в течении двух часов её жгли, убивали и насиловали. Этот партизанский отряд состоял из людей (в обличии зверей) разных национальностей. Им был дан приказ никого не оставлять живыми, убивать даже домашних животных, жечь дома, хозяйственные постройки… Через несколько минут была окружена вся деревня, с трёх сторон, с четвёртой стороны протекает речка, а единственный мост был занят партизанами. Началась резня, бандиты зажигательными пулями жгли дома и постройки, из домов раздавались только плач и стоны умирающих людей. Люди с детьми на руках выскакивали в окна и пробовали бежать, но их догоняли и убивали, некоторые прыгали в такую любимую ими речку, но их и там ждала смерть. Боль, страх и слезы царили в это страшное утро в моей родной деревне Канюкай, и торжество палачей….
В этой резне погибли по меньшей мере 38 человек, были ранены десятки человек, в том числе несколько тяжело. Деревня была полностью разграблена и сожжена. Потом после войны, эти убийцы партизаны хвастались, что разгромили отряд который сотрудничал с немцами. На самом деле — эта деревня для своей самообороны имела лишь несколько ржавых винтовок, и любые другие разговоры на эту тему, полная чушь. Это была обычная деревня, где люди были обязаны организовать свою самооборону. Их единственной виной было то, что они не побоялись поддонков из леса и попытались предотвратить грабежи и насилие. Мои бабушка и дедушка, с моей мамой на руках, смогли спастись. Каждый день моя бабушка молится милосердной Богоматери Остробрамской. Той которая глядя с образа, который висит на стене в ее доме хранит её всю жизнь, той у ног которой она стояла в часовне в Вильнюсе, куда её маленькой девочкой привели родители, той которая спасла ей и её родным жизнь… На этой земле наши предки жили веками и это наша земля, или всех тех для кого — эта земля является маленькой Родиной – местом, где мы пришли в этот мир, чтобы сделать его немного лучше и добрее…
Когда закончилась война, был арестован мой дедушка Воронис Владислав, и военным трибуналом приговорён к 10 годам особых лагерей, без права переписки — это в то время была расстрельная статья, он через полгода был вывезен в сибирские лагеря. Вернулся только в 1956 году, после смерти царя палачей Сталина, без гражданских прав и права проживать в любых городах Советского союза, с испорченным здоровьем, с большими, привыкшими к кирке ладонями, но в то же время Человеком, который никогда не сгибался перед находящимися в то страшное время у власти негодяями, разных рангов и должностей.
Из воспоминаний моей бабушки Воронис Станиславы:
… Я помню, что — это было 29 января. В ранние утренние часы около 7 (в это время как правило, темно, поэтому я не могла понять, откуда исходит свет) я проснулась от страшного рывка мужа рукой и крика, что нужно убегать из дома и оставить его немедленно. Наш дом находится в центре деревни. Первый дом уже пылал …
На другой стороне дороги, которая проходит через нашу деревню, лес – который стал молчаливым свидетелем той страшной трагедии. Советские партизаны часто бывали у нас в деревне и раньше. Обычно приходили с приказом или с пистолетом в руке, чтобы жители отдали им продукты питания, одежду, обувь... И в конце концов, когда стало невозможно терпеть издевательства и постоянные грабежи — наши люди восстали. Мы не имели чем кормить своих детей… А когда организовали самооборону, то Советы расправились с нами звериным способом, с использованием убийств и пожаров — эта власть и была властью зверей.
Я понимаю войну с мужчинами, но убийство невинных людей, никогда! Это было хуже, чем война. На войне погибаешь от пули. В Канюкай те в кого пуля не попала или был только ранен, добивали живым, убивали целыми семьями. Последствие той страшной ночи, мы будем помнить всегда, страх и свист пуль у нас за спиной. Мы будем помнить горящую деревню, землю, людей, тщетно умоляющих о пощаде. Кладбище для всех сделали тут же, около леса. Недалеко, где стоял крест, который поставили перед войной для того, чтобы увековечить наши католические корни, как будто предвидя большое несчастье и страдание…..
В советские времена мы смотрели фильмы, читали книги и газеты, и всегда слышали о том, как вели себя немцы жестоко в отношении измученного гражданского населения. Да я согласен, что фашистская Германия издевалась и истребляла мирное население во многих странах мира, но в находившиеся какое — то время в нашей деревне немцы очень хорошо и с пониманием относились к мирным людям, их нелегкой жизни в годы войны, Советские партизаны хуже любых нацистов и фашистов, бывший СССР — это сплошной концентрационный лагерь.
Нас, законных жители этой Земли, людей которые пережили резню своих родных, соседей , друзей, убивали не немецкие солдаты, а Советские партизаны Руднинкской пущи….
Через четырнадцать месяцев после трагедии в Kанюкай, советские войска одержали победу над Берлином. Но самая кровопролитная война в Мировой истории, не закончилась. Царил почти всеобщий восторг. «Почти всеобщий», но только не в Литве которая находилась под Советским грязным от крови сапогом. Выжившие люди Канюкай, только мгновенье могли мечтать о правосудии. Люди, которые выжили, были под постоянным страхом, одни бежали в Польшу, другие в Канаду, в Америку. Потому, что при Советской власти они всегда были «Конюховскими бандитами»…
В Рудницких лесах Советы открыли с большой помпой музей, посвященный партизанам. Музей убийцам грудных детей и беременных женщин, музей посвященный ублюдкам глумившимися над телами и душами людей!!! Многие из нападавших на Koнюкай стали героями, ветеранами войны, хвастались своими кровавыми подвигами и наградами увешанными на пиджаках, под которыми находилось только голое тело — без души и совести. Во всяком случае, о нападении на деревню в целом никто не вспоминал. Только советская пропаганда шёпотом твердила » те конюховские бандиты ».
Советскя власть по моему столь же, бесчеловечна, как и глупа, она не прислушивалась к мнению большинства людей, у этой власти лидировало полное равнодушие к долгу, чести, справедливости, праву, истине, полное презрение к достоинству человека, к его правам и надеждам. Наверное, поэтому в годы Советской власти в Литве, у большей части народа, притупился такой основной инстинкт человека, как Cовесть. Совесть заменили коммунистической идеологией, люди опустились до инстинкта cтада, а главным правилом людей стал принцип быть, как все. Совесть людей была вытеснена ужасом и ледяным страхом, перед нечеловечной советской властью, перед вседозволенностью всяких там, партийных секретарей колхозов и районов, полной беззащитностью простых людей. Наши люди всё чаще начали говорить о своём, о сокровенном, тихо, с опаской озираясь, всегда вздрагивать от стука в дверь, от скрежета тормозов подъезжающей ночью машины, умирать от страха получая распечатанное письмо. Всюду царили такие паскудные явления, как круговая порука и беспринципность, подхалимство, стукачество и угодничество.
На другой стороне этой ухабистой дороги стояли надменные партийные царьки, с красными партийными книжками с фотографией сифилитика Ленина, лентяи и бездарности, которые, когда в Литве пришла демократическая власть, попрятали свои красные книжечки и резко поменяли свои взгляды и стали демократами, почему то они очень быстро забыли, как отравляли жизнь моей деревне и моей семьи, как отлавливали в костелах верующих, как унижали достойных людей… У власти находились разных мастей недоумки и бездарности, люди, которые, когда то прятались от войны в Руднинкской пуще, грабили и убивали беззащитных людей. Вот поэтому по моему, эта не людская власть, так быстро и закончилась, эта власть была не для людей, а против народа, они и сами наверное не верили в то, во что верят….
Иногда я смотрю из окна своего родного дома, где родился и рос — на лес, возле которого стоит довоенный крест — символ страданий родных мне людей, символ муки… Я вижу — братскую могилу невинно убитых людей, я слышу плач маленьких детей и мольбы о пощаде беременных женщин и стариков, в этот миг мне становится очень грустно… Но в тоже время я вижу, как приходят люди и приносят цветы к подножию Креста… Значит память жива, пока мы помним, пока мы знаем, пока нас помнят… И значит мы все живы и победили мы, а не те кровавые воры и ублюдки из Руднинской пущи, которые давно забыты и прокляты людьми, вместе со своими утонувшими в крови царями…..
Костёр из восковых свечей
Мы снова здесь, у Памятника предкам,
Мы вспоминаем вновь их горькую судьбу,
Приходим мы сюда довольно редко,
И каждый с памятью своей ведёт борьбу.
Почти зажили кровоточащие раны,
Но нету сил простить обиду тем,
Кто нас осиротил, отцов тиранил,
Кто к власти шёл по пирамидам тел.
Дожили мы до старости глубокой,
Об убиенных всё скорбит душа.
Кто здесь лежит, а кто совсем далёко:
На Севере, в болотах, камышах.
Вам, испытавшим злые муки ада,
Земной террор, жестокость палачей,
Ужасную судьбу Советского ГУЛАГа,
Горит костёр из восковых свечей.
Любое зло — это несколько больших шагов от добра, в сторону зла, от мудрости, любви и красоты, от самых высоких человеческих ценностей. Это шаги от солнца в ночь, невежество, во власть самых низменных сил. Но зло не всегда может победить. Оно может победить лишь в отдельных областях, некоторых ненастоящих ценностей. И победить зло можно, в первую очередь, памятью, милосердием, совестью и любовью, а значит, высоким достоинством и честью…. Вечная память безвинно погибшим, мирным людям…
Канюкай-29января 1944 были убиты:
1. Бандалевич Станислав около 45 лет, 2. Бандалевич Иосиф 54, 3. Стефания бандалевич около 48 лет, 4. Бандалевич Мечислав 9 лет, 5 .Бандалевич Зигмунт 8 лет, 6. Бобин Энтони около 20 лет, 7. Виктория Boбин лет около 45 лет, 8. Бобин Иосиф около 50 лет, 9. Бобин Мариан 16 лет 10.Бобин Ядвига около 10 лет, 11.Бобин Эдвард около 35 лет, 12.Янковска Станислава 13.Янковски Станислав, 14.Лашакевич Иосиф 15. Лашакевич Геноефа 16. Лашакевич Янина, 17 . Лашакевич Анна Винсент 18. Мартинкевич Винценты около 63 лет, 19. Марцинкевич (парализован, сожгли), 20. Молис Станислав около 30 лет, 21. Moлис Н. около 30 лет, 22. Moлис около 1,5 лет, 23.Пильжис Казимеж 24.Пильжис Н., 25.Пильжис Геленна, 26. Пильжис Тереза 27. Парвицка Уршула около 50 лет, Иосиф 28. Парвицки Иосиф лет 25, 29 . Ровба Михаил, 30.Тубинь Ивашка (?)45 лет, 31. Тубинь Иван около 30 лет, 32.Tубинь Мария около 4, 33.Войшнис Игнатий около 35 лет, 34.Войткевич София около 40 лет, 35. Воронис Анна 40 лет 36. Воронис Мариан 15 лет 37. Воронис Валентина 20, 38. Сцепура Н. – Портной из деревни Миконты.
Авт. Ogar Leonard